Бернхард Шлинк «Чтец»

002 (1)Главный герой романа Михаэль волей случая вовлечен в любовную связь с женщиной по имени Ханна, которая на 20 лет его старше. Ханна неграмотна и просит своего юного возлюбленного читать ей книги, при этом героиня свой недостаток тщательно скрывает. Внезапно жизненные пути героев расходятся. Много лет спустя Михаэль обнаруживает свою бывшую любовницу на скамье подсудимых. Она обвиняется в том, что, будучи в годы Второй мировой войны надзирательницей в Освенциме, сознательно не открыла дверь барака во время пожара и тем самым обрекла на смерть двести находившихся там женщин. Михаэль — единственный, кто понимает: Ханна не смогла прочесть письменного распоряжения из-за своей безграмотности, поэтому и не открыла дверь. Но герой видит, что Ханна готова принять тяжелое наказание, лишь бы не был раскрыт ее секрет. Женщину помещают в заключение, а Михаэль присылает ей кассеты, на которые начитывает полюбившиеся Ханне произведения. История заканчивается печально — Ханна покончила с собой незадолго до освобождения.

В данном произведении интересна позиция автора, который мало описывает внутренние чувства героев. Мы не знаем, испытывает ли Ханна угрызения совести, раскаивается ли она в содеянном и сожалеет ли Михаэль, что упустил возможность раскрыть правду и спасти свою бывшую возлюбленную из-за боязни быть уличенным в связи с женщиной, имеющей отношение к геноциду. Шлинк не осуждает и не оправдывает героев, он отстраненно повествует о случившемся, что, наверное, и правильно, ведь тема фашизма и вины так называемого «второго поколения» немцев очень щекотлива и требует особой осторожности. Хотя одна из позиций автора все-таки прослеживается — Шлинк дает понять, что в жизни человека бывают ситуации, когда он невластен над своими поступками и делает то, что велит случай здесь и сейчас. Автор предлагает задаться вопросом: «А как бы я поступил на месте героев?». Этот вопрос звучит в романе из уст Ханны, она задает его своим судьям: «А как бы вы поступили на моем месте?». Эту книгу нельзя рассматривать только с одного ракурса, здесь, как и в жизни, нет однотонных цветов.

Вопрос морали остаётся открытым. Михаэль молча обвинял Ханну в погибели сотен людей. Но сам он оказался виновен в её смерти. Чья вина тяжелее? И имел ли он после этого право считать её виновной? Автор не дает конкретных ответов и предлагает делать все выводы читателю.

Екатерина Ивлева, пиар-менеджер компании «Алтайский букет»